11:45 07 Декабря 2019
Прямой эфир
  • USD9.68
  • EUR10.74
  • RUB0.15
Михеевский горно-обогатительный комбинат в Челябинской области

Партнеры или захватчики – кто и как расходует природные ресурсы Таджикистана

© Sputnik / Павел Лисицын
Аналитика
Получить короткую ссылку
228471

Богатые недра Таджикистана приносят хороший доход, однако большая часть от их разработки идет в карман зарубежных фирм

ДУШАНБЕ, 15 ноя - Sputnik, Григорий Ростов. Горнодобывающая отрасль Таджикистана в последние годы стала одной из наиболее динамично развивающихся. И в этом нет ничего удивительного, ведь, по данным Госкомитета по инвестициям республики, на данный момент в стране разведано более 600 месторождений драгоценных и редкоземельных металлов.

Геологи примерно определились с имеющимися запасами на 400 из них. Все они достаточно перспективны, чтобы начать промышленное освоение скрытых в их недрах полезных ископаемых. К сожалению, самостоятельно выполнить такой объем работ республика не способна.

"Таджикистан не от хорошей жизни позволяет иностранцам копаться в своих недрах. В стране нет современного оборудования для горной добычи, подготовленных специалистов, а самое главное – денег в бюджете. Сохранять же природные богатства в расчете на отдаленную перспективу контрпродуктивно. Вот и приходится обменивать золото и другие ценные металлы на зарубежные инвестиции", - говорит экономист Саид Камолзода.

Золотые горы Таджикистана

С одной стороны, ставка на лозунг "Заграница нам поможет!" себя оправдывает. Добыча золота в республике возросла настолько, что Таджикистан выдвинулся на 63-е место по объему золотых резервов в мире. По данным Всемирного золотого совета, они насчитывали 15,6 тонны по состоянию на начало прошлого года. Неплохая прибавка по сравнению с 200 кг в 2000 году.

С другой стороны, более 80% добываемого в стране золота приходится на совместные предприятия с Китаем. Самым крупным из них является СП "Зарафшон", которое принадлежит правительству Таджикистана и компании "Цзыцзинь ЛТД" (КНР) в пропорции 30 на 70. Главной его особенностью является то, что оно располагает полным технологическим процессом добычи и переработки: от руды до золотых слитков.

"СП "Зарафшон" покрывает 70% производства золота в республике. В прошлом году эта цифра равнялась примерно 4,2 тонны драгоценного металла. По итогам текущего года планируется прирост, так как их базовые месторождения "Джилау" и "Тарор" на севере Таджикистана отличаются высоким процентным содержанием золота в руде", - уверен Камолзода.

Оставшуюся долю добычи желтого металла (2,2 тонны) делят между собой ГУП "Тиллои Точик" ("Таджикзолото"), артель "Одина", СП "Апрелевка" (Таджикистан-Канада) и компания "Пакрут", полностью принадлежащая КНР. Кстати, Минпром Таджикистана весной этого года настоятельно просил китайских горняков увеличить добычу и переработку золота, мотивируя это тем, что стране требуются средства на проведение ускоренной индустриализации.

В конце лета 2019 о своих притязаниях на вступление в "золотую гонку" громко заявило ЗАО "ТАЛКО Голд". Компания была основана двумя годами ранее, получив лицензию на право пользования Кончочской группой месторождений (Северный Таджикистан, Айнинский район). Сейчас ведется строительство необходимой инфраструктуры, ввод производственных мощностей в строй запланирован на март 2020-го.

И хотя профильной деятельностью новичка станет добыча и переработка сурьмы, запасы которой оцениваются в почти 265 тысяч тонн, золоту и серебру там также найдется место (50 и 60 тонн соответственно). Вишенкой на торте станет селен, который там планируется добывать. Его стоимость доходит до 37 тысяч долларов за грамм, используется для изготовления полупроводников и в медицине. Компания, к слову, тоже создана на паях с китайскими партнерами из расчета 50 на 50.

За помощь Китая приходится платить

"Китай охотно вкладывается в горнодобывающую отрасль Таджикистана, ориентируясь не только и не столько на золото и серебро. Вольфрам, ванадий, тантал, другие редкоземельные металлы – большой стране нужно много ресурсов. Причем КНР нередко инвестирует в отрасли, далекие от горнорудной, но вот оплату предпочитает получать именно рудниками, как было с ТЭЦ в Душанбе. Ее построили и оборудовали китайцы, но взамен взяли в аренду богатые месторождения, которые будут разрабатывать, пока не покроют все расходы", - подчеркивает Саид Камолзода.

Аналогично обстоит дело с запланированным строительством нового парламентского комплекса в столице республики. Во время визита в Душанбе в июне текущего года председатель КНР Си Цзинпин подписал в числе прочих соглашение о выделении 1,5 миллиарда юаней на возведение этого объекта. Оплата, несомненно, будет произведена новыми лицензиями на разработку недр. Причем китайские партнеры очень хорошо себе представляют, какие именно месторождения они хотели бы получить в аренду.

"Почти все запасы полезных ископаемых Таджикистана были разведаны и описаны в советское время. Вместе с коллегами из Москвы и Ленинграда мы обошли всю страну, проделали огромный объем работы, а сейчас плодами ее пользуются иностранцы", - с горечью делится ветеран таджикской геологии Акбарали Сангов.

Но, как говорилось выше, другого выхода у республики нет. Ускоренная индустриализация, реконструкция и восстановление транспортной сети, возведение и реабилитация энергетических объектов – все это процессы крайне затратные и продолжительные. Приходится заманивать иностранных инвесторов, предоставляя им дополнительные преференции.

Как, например, заявленная недавно планируемая реформа системы оплаты подписного бонуса. Это фиксированный налог, введенный в отношении добывающих компаний, получивших лицензию на разработку месторождений. Ранее он составлял 30% от общей суммы, в которую оценивается их запасы.

Теперь бонус станут выплачивать поэтапно, несмотря на все возражения экспертов Минфина, которые уверены, что предыдущая схема позволяла максимально компенсировать Таджикистану утрату невосполнимых природных ресурсов.

Вместе с тем власти решили поставить барьер на пути вывоза из страны рудных концентратов, что, кстати, практикуется во многих странах мира. Теперь от горнодобывающих компаний требуют наладить полный цикл переработки ископаемых непосредственно на территории Таджикистана, что увеличит налоговые поступления в бюджет и позволит создать дополнительные рабочие места.

Однако, по мнению экспертов, хотя инициатива носит позитивный характер, но ее эффект в значительной степени нивелирует отсутствие внятной информации об имеющихся запасах полезных ископаемых на том или ином месторождении.

Взять недавний пример с передачей в аренду до 2037 года тем же китайцам серебряного рудника Якджилва в Мургабском районе ГБАО. При оглашении его запасов мнения разошлись: от 113 до 415 тонн.

"Таджикистан уже восьмой год состоит в рядах Международной инициативы прозрачности в горнодобывающей промышленности, а на деле получить более-менее достоверные данные о запасах и концентрации драгметаллов в рудниках – дело, практически, невыполнимое. И пока не будет выработан четкий механизм оповещения всех заинтересованных сторон, в первую очередь населения страны, любые решения о передаче месторождений в разработку сторонним лицам будут вызывать сильный общественный резонанс", - уверен эксперт Лутфи Темирханов.

Из разведанных и описанных месторождений Таджикистана активно разрабатываются чуть более 100. И это притом что горнодобывающая отрасль покрывает четверть общего объема промышленности республики. Она же является наиболее привлекательной для иностранных инвесторов, особенно китайских. Остается только догадываться, как процессы, происходящие в безусловно стратегической сфере, скажутся на экономике всей страны в ближайшем будущем.

Теги:
месторождение золота, месторождение, Месторождение, полезные ископаемые, Таджикистан



Главные темы

Орбита Sputnik