ДУШАНБЕ, 18 авг — Sputnik. День медицинского работника в Таджикистане почти совпадает с днем рождения "восточного Гиппократа", философа и врача, сделавшего грандиозный вклад в развитие медицины как науки, — Абуали ибн Сино, — на Западе известного как Авиценна. Профессиональный праздник отмечают в Таджикистане 18 августа, врач-философ родился на свет 16 августа 980 года.
По этому случаю Sputnik Таджикистан пообщался с кандидатом медицинских наук, врачом-кардиологом Химматом Сулаймоновым о том, почему люди вместо докторов ходят к гадалкам, как лечат в России мигрантов и с какими проблемами сталкивается сегодня система здравоохранения Таджикистана.
Сулаймонов Химмат Мухтарамович окончил Таджикский государственный медицинский университет имени (ТГМУ), в 2002 году прошел ординатуру на базе вуза. Затем закончил аспирантуру НЦССХ им А.Н.Бакулева.
До 2011 занимался научной работой в отделении аритмологии в научном центре им А.Н.Бакулева Сейчас работает врачом-кардиологом городской поликлинике №36 департамента здравоохранения Москвы и в отделении кардиореанимации в сосудистом центре 2-й люберецкой больницы.
![Химмат Сулаймонов, кандидат медицинских наук, врач-кардиолог Химмат Сулаймонов, кандидат медицинских наук, врач-кардиолог - Sputnik Таджикистан](https://cdnn1.img.sputnik.tj/img/102310/66/1023106666_0:0:2560:1536_600x0_80_0_0_307f8f2c5a06dc01296f664bdf17e5b1.jpg)
- Химмат Мухтарамович, чем болеют и к кому ходят лечиться заболевшие в РТ?
- По всему миру смертность от болезней системы кровообращения занимает первое, а от онкологии второе место, и Таджикистан здесь не исключение. Самым эффективным способом борьбы с этими недугами сегодня считается диспансеризация, своевременное выявление болезни на её ранних стадиях.
Но это требует в первую очередь улучшения работы первичного звена системы здравоохранения — на уровне поликлиники. И если данное звено будет хромать, то добиться улучшения качества жизни на национальном уровне будет невозможно!
- А оно хромает?
- Когда люди по всякому поводу продолжают напрямую обращаться в стационар, минуя амбулаторию, сразу понятно, на каком уровне находится система здравоохранения страны. Даже в столице люди иногда не в курсе, какая поликлиника их обслуживает, но зато знают все корпуса и отделения "Караболо" (национальный медицинский центр в Душанбе).
- Что же в этом плохого? Люди следят за своим здоровьем, идут за консультацией к профессионалам.
- Не кажется ли вам, что излишний поток пациентов нарушает и, скорее, снижает качество работы стационарных врачей. А уровень оказываемой помощи по спонтанным визитам однозначно низкий, в то время как семейный врач или участковый терапевт знает не только всю историю болезни пациентов своего участка, но и их наследственную предрасположенность и семейный анамнез.
- То есть по вашему мнению, участковый в состоянии поставить первоначальный диагноз даже лучше стационарного врача, просто основываясь на результатах многолетней диагностики?
- Понимаете, если раньше человечеству угрожали инфекционные болезни, то сегодня ведущими являются неинфекционные заболевания из сферы кардиологии, неврологии, онкологии и эндокринологии. И они, в отличие от инфекционных, протекают скрыто и проявляются всегда внезапно. Единственным эффективным методом борьбы считается систематическое наблюдение с целью раннего выявления риска болезни.
Это логично. Когда большая часть населения страны живет в сельской местности, я считаю тенденцию развития семейной медицины в стране очень удачной. Поэтому руководителям системы здравоохранения надо максимально повысить зарплату медработников первого звена, чтобы они работали качественно и с чувством собственного долга.
- Финансовые проблемы сильно сказываются на оказании медицинских услуг?
- Врачи тоже становятся жертвой экономического упадка. Больно смотреть на учителя, который преподает уроки на недолжном уровне, мотивируя это низкой зарплатой. Или же врача, поступающего аналогичным образом с пациентами. Но я не понимаю, в чём вина ученика или больного в низкой зарплате врачей и учителей.
Думаю, что это абсолютно противоречит исламским ценностям. Ведь на месте этих детей могут находиться наши же родственники, и мы своим действием губим их жизни. Тогда зачем нам 5 раз молиться и искать где-то правильный путь? Ведь самый верный путь — это и есть наши благие поступки, которые мы совершаем ради человечества, это самое высшее поклонение Богу!
- А сегодня в Таджикистане есть какой-то конфликт между клинической медициной и народными обычаями?
- По религиозным соображениям родственники часто не отдают тело на вскрытие, и в большинстве случаев причина смерти остаётся неясной. Соответственно, общая статистика смертности сильно искажается, и стратегия развития здравоохранения базируется на основе нереальной статистики.
А ведь более 1000 лет назад наш предок Авиценна тайком выполнял вскрытие трупов, открыв новые горизонты медицины для Востока и Запада.
- Насколько понимаю, некачественное лечение сильно снижает престиж профессии врача и подрывает ваш авторитет как ученых-специалистов?
- Последнее время, к большому сожалению, чувствуется снижение доверия к врачу, что я считаю самой большой трагедией в медицине. Ни клятва Гиппократа, ни клятва Авиценны уже не помогут. Все это привело к тому, что больные идут к гадалкам, экстрасенсам, муллам и знахарям. То есть традиционная медицина сама себе создала конкуренцию. К сожалению, это можно наблюдать повсеместно. Но как говорят, если тебе придётся обвинять целый народ, ищи проблему в себе. С другой стороны, всем известно, что хорошего врача народ кормит, и считаю, что потомки Авиценны будут достойно нести звание врачевания и развивать не только таджикскую медицину, но и делать вклад в развитие мировой науки.
- Кстати, о науке. Как в медучреждениях республики обстоит дело с развитием научно-клинической медицины? Виден какой-то прогресс за последние десятилетия?
- Сегодня национальные центры страны вооружены как практической, так и научной базой по всем дисциплинам. Это положительная тенденция особенно ощутима в сердечно-сосудистой сфере. Если раньше мы отмечали большой поток пациентов с такой патологией, уезжавших на лечение в Россию, то сегодня этот показатель стал значительно ниже. Однако экстренная кардиология, скорее, находится на своих начальных стадиях эволюции.
- Насколько понимаю, это значит, что пациентам не успевают помочь вовремя.
- В развитых странах основным методом лечения острого коронарного синдрома является экстренное вмешательство, причём в течение 6-12 часов с момента развития первых симптомов. Успех лечения таким способом зависит от быстроты службы скорой медицинской помощи, то есть чем раньше доставляется пациент в стационар, тем эффективнее оказывается интервенционное лечение.
- И как тогда спасать больных?
- Вот тут как раз нужен жесткий алгоритм действий. Государству придется брать на себя часть расходов, ведь такой способ лечения хоть и эффективный, но дорогостоящий: не представляется возможным поставить службу на поток исключительно затратами пациентов.
И по этому поводу мне очень нравится выражение, большими буквами написанное у двери — "Караболо": здоровая нация — сильная нация". Я уверен, что наследники Абуали ибн Сино смогут применить эти слова в своей реальной жизни.
- С того момента, как Вы начали работать в России, Вам часто приходится работать с таджикскими гражданами, которые приезжают в РФ на заработки? Как они вписываются в российскую систему здравоохранения?
- Что касается мигрантов, то это самый уязвимый слой населения в российском обществе. С одной стороны, для трудового мигранта почти нет доступа к государственному здравоохранению, с другой — заботы о своем собственном здоровье этот же мигрант ставит на самое последнее место.
Ведь ему нужно зарабатывать и кормить свою семью в Таджикистане. Поэтому услуги частной медицины в России совсем не по карману ему. В итоге этот наш герой остается наедине со своими проблемами.
- И как таджикским врачам в РФ удается помочь землякам?
- С этой целью нами была создана команда докторов-волонтёров под крышей РОО "Нур". Конечно, мы не можем помочь всем, но наши волонтёры самоотверженно работают почти круглосуточно. Мигранты чаще становятся переносчиками инфекционных болезней и болезней, передаваемых половым путём.
Тенденция роста заболеваний очевидна. К примеру, если в 1998 году в Таджикистане зарегистрировано всего четверо больных — носителей ВИЧ, то сегодня этот показатель вырос в сотни раз. И миграция в Россию, к сожалению, стала основным путём переноса этого недуга в Таджикистан.
Я считаю, что Минздрав республики должен считаться с этим и активизировать тесное сотрудничество с соответствующим ведомством в России.
- Насколько я понимаю, даже, несмотря на финансовые трудности и урон, нанесенный авторитету медработника, таджикистанская медицинская школа остается одной из сильнейших в СНГ?
- Еще одна причина потери доверия к врачам в послевоенной стране кроется в кадровом составе. Произошел определенный отток специалистов из страны, последствия гражданской войны отразились на нашей Alma Mater — знаменитом ТГМУ имени ибн Сино. Но к большому счастью, нашим учителям — Фирузу Абдуфаттоеву, Нусратуллло Файзуллоеву, Тошпулату Гулмурадову, Гоибову Алиджону, Гулову Махмадшо и особенно ректору университета Убайдулло Курбонову.
Им, как и другим врачам, — Рофиеву, Курбонову, Султонову, удалось восстановить облик и престиж нашего любимого университета. Я уверен, что тот подвиг, совершенный Курбоновым Убайдулло по сохранению медицины страны, останется в истории таджикского народа написанными красными строками. Низкий ему поклон.