"Один пояс - один путь": получит ли Таджикистан обещанные выгоды

Китайский проект "Один пояс - один путь" создает контуры нового мирового порядка, но каким он будет в реальности, зависит от множества факторов.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

ДУШАНБЕ, 27 апр — Sputnik, Вадим Попов. Китайский проект большого азиатского транспортного коридора "Один пояс - один путь" стал главным глобальным драйвером многостороннего евразийского диалога, своего рода рамкой для многих обсуждений и контактов в восточной части континента.

Однако на фоне шумной кампании в прессе, реальность прокладывания Нового Шелкового пути сопряжена с целым рядом необходимых согласований и практических усилий.

Что Китай предлагает миру

В Пекине, 25 апреля, открылся второй форум по международному сотрудничеству "Один пояс - один путь". В нем принимают участие 37 лидеров государств и правительств, в том числе, президент России Владимир Путин и президент Таджикистана Эмомали Рахмон. 

Рахмон отметил важную роль Таджикистана в отношениях между Европой и Азией

Контуры будущего мира вырисовываются на наших глазах и никто не может просто так остаться в стороне от этого процесса. А когда председатель КНР Си Цзиньпин в 2013 году впервые выдвинул идею объединить проекты "Экономического пояса Шелкового пути" и "Морского Шелкового пути XXI века", еще никто не представлял, какой размах она приобретет.

Первый форум международного сотрудничества по инициативе "Один пояс - один путь" успешно прошел в мае 2017-го. В мероприятии приняли участие более 140 стран и 80 международных организаций. С самого начала проект был заявлен как глобальный и стратегический. В Рамках первого форума Китай заключил 68 новых договоров со странами и организациями, что свидетельствует о большом воодушевлении, с которым партнеры Китая приняли предложение. Однако последующие обсуждения выявили ряд препятствий на Шелковом пути.

Надо отметить, что мечту передвигаться по суше так же быстро и свободно, как по морю, всегда лелеяли великие континентальные державы, но для ее реализации надо было предпринять большие усилия.

Мечта длиной в 120 лет

Более ста лет назад, в конце XIX века, идея связать Китай с Европой через сушу начала приобретать конкретное физическое воплощение. В 1897 году Россия принялась строить Китайско-Восточную железную дорогу (КВЖД) - ответвление Транссибирской магистрали. Это был альтернативный путь для китайских товаров.

Дело в том, что внешняя торговля Китая тогда контролировалась иностранцами, в основном британцами, под властью которых были порты и морские коммуникации.

Мирзиёев предложил ввести сквозные тарифы по железной дороге из Китая в ЕС
Строительство КВЖД позволяло уменьшить зависимость Китая от внешнего управления. Но по иронии судьбы или по чьему-то злому умыслу, именно на российскую дорогу обрушился гнев китайцев. Ее начали громить молодчики из военизированных сект (аналог современных террористических группировок). По всей стране пошли волны неоправданного насилия. И все это, как ни странно, происходило под лозунги против засилья иностранцев в Китае.

В итоге террористические действия китайских националистов были жестоко подавлены усилиями 11 главных держав того времени - США, Великобритании, России, Германии, Австро-Венгрии, Франции, Италии, Испании, Бельгии и Нидерландов и Японии. Это вмешательство называют первой глобальной полицейской операцией в истории, а сам инцидент - Боксерским восстанием в Китае.

Вскоре началась Первая мировая война, и европейские государства рассорились между собой. Им было не до Китая. Последующие драматические повороты истории в самой Поднебесной (революция и десятилетия гражданской войны) стерли из памяти Боксерское восстание.

Сегодня полезно вспомнить о тех событиях, чтобы извлечь главный урок - строительство сухопутного пути из Китая в Европу в эпоху торгового капитализма с самого начала было сопряжено с большими трудностями.

"Один пояс - один путь"- китайский или евразийский проект

Сегодня Китайская Народная Республика - мощное государство с одной из самых сильных экономик в мире, современными технологиями, армией и атомным оружием. Имея огромные запасы финансовых средств, КНР пытается решить свои проблемы. А их у Поднебесной немало.

Инфраструктурный мегапроект Китая: стратегия развития в Евразии

Как отметил директор Центра исследований Восточной Азии и ШОС МГИМО МИД России Александр ЛУКИН на пресс-конференции в МИА "Россия сегодня", китайцы заинтересованы в экспорте рабочей силы и выгодных вложениях накопленных средств, поэтому им необходимы зарубежные масштабные проекты. Строительство трансазиатской магистрали очень подходит для этих целей.

Власти КНР всячески подчеркивают, что проект Нового Шелкового пути из Юго-Восточной Азии в Европу выгоден всем, кто примет в нем участие. Это подтвердил декан Школы международных отношений Университета Китайской академии общественных наук, председатель Китайской ассоциации по изучению России, Восточной Европы и Центральной Азии Ли Юнцюань.

Он призвал отказаться от мысли, что "Один пояс - один путь" имеет какую-либо политическую подоплеку. По словам Ли Юнцюаня, за китайской инициативой стоят исключительно интересы бизнеса и партнерства.

"Власти Поднебесной намерены выстраивать прочные отношения со всеми, потому что только так можно устоять в быстро меняющемся мире", - отметил ученый.

Он подчеркнул, что российско-китайское содружество будет играть ключевую роль в реализации проекта.

Однако не все страны Евразии настроены так оптимистично. Вице-президент и старший научный сотрудник Observer Research Foundation (Индия) Нандан Унникришнан объяснил, почему Индия не поддерживает китайский проект.

"У индийцев есть несколько возражений. Часть путей проходит через Кашмир. А это спорная территория, за которую мы боремся с Пакистаном. Таким образом, инициатива "Пояс и путь" является вызовом индийскому суверенитету", - сказал Унникришнан на пресс-конференции.

Он отметил, что у Индии есть свои транспортные инициативы - коридор "Север — Юг", "Муссон" и коридор роста с Африкой.

Кто выиграет от Нового Шелкового пути

Большинство критических замечаний и вопросов к инициативе "Один пояс - один путь" сводятся к трем моментам. Первый - у проекта недостаточно концептуального основания. Второй - все сделки приносят больше выгод Китаю, чем его партнерам. Третий - за разговорами об экономике стоит идеология китайской глобальной экспансии в XXI веке. Рассмотрим их по порядку.

Инициатива КНР поможет странам ЦА перейти из великого прошлого в будущее

Скептики считают, что китайская инициатива создания "Пояса и пути" не учитывает целый ряд факторов. Как минимум, ей нужно более широкое обсуждение. Необходимо учесть тренды технического и культурного развития, четко и ясно представлять, каким будет мир завтра и послезавтра. А для этого недостаточно привлечены экспертные сообщества.

Китайцы предлагают объединить Евразию, исходя из сложившихся стереотипов, но уже в ближайшем будущем производственная культура переживет серьезные потрясения. Людей начнут заменять роботы, а 3D-принтеры позволят организовать выпуск самой разнообразной продукции без строительства огромных предприятий. Следовательно, материальные потоки изменят свои направления. Вкладывать деньги в проект, соответствующий устаревающим схемам движения ресурсов и товаров нецелесообразно.

Что касается глобальных устремлений Китая, критики подчеркивают: экономика не может существовать без политики. США не зря беспокоятся по поводу китайских инициатив. Срединное государство, как китайцы сами называют свою страну, действительно имеет амбиции стать лидером в XXI веке, тут ничего не поделаешь. На то и существует конкуренция цивилизаций, а Китай - одна из старейших культур на земле.

Более сложный вопрос - это односторонняя выгода. Для стран, которые уже поддержали китайскую инициативу, тема наиболее актуальна.

Как отметил заведующий кафедрой государственной политики МГУ им. М.В. Ломоносова Владимир Якунин, будет ли польза Российской Федерации от поддержки "Пояса и пути" зависит только от самой России, от того, как она подойдет к решению задач в рамках проекта.

Связанные одним Поясом: что надо знать об инициативе "Один пояс, один путь"

Но Россия беспокоится не только о себе, но и о своих ближайших соседях и партнерах, о государствах Центральной Азии, например.

Несмотря на то, что на уровне риторики "Один пояс - один путь" сулит немало выгод тому же Таджикистану, в реальности далеко не все получат обещанное. В этом уверен ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Сергей Сазонов.

По его словам, Таджикистан останется в стороне от главных железнодорожных путей Шелкового пояса. А что касается России, то для модернизации Транссибирской магистрали нужны огромные деньги, а Китай не заинтересован в нее вкладывать. Северный морской путь, по которому уже начались поставки в Китай российского газа, нужен Поднебесной для того, чтобы в будущем самой добывать ресурсы в Арктике.

Больше всего скептики отмечают, что строительство транспортной системы  - еще не означает ликвидацию бедности и других проблем стран, через которые пройдет Новый Шелковый путь.

В защиту китайской инициативы

Как видно, критических замечаний достаточно, но им есть что противопоставить. Китайцы ведь не претендуют на решение всех проблем в Евразии. 

Си Цзиньпин: Китай и Россия должны развиваться, используя силу друг друга

Кроме того, КНР приглашает всех потенциальных участников к обсуждению. И то, что Индия отказалась посетить форум в Пекине, это досадное недоразумение.

Встреча, посвященная проекту "Один пояс - один путь", это, помимо прочего, крупнейшая площадка для решениях самых разных вопросов.

Так, президент Таджикистана Эмомали Рахмон в рамках форума встретился с премьер-министром Пакистана Имраном Ханом. Они обсудили реализацию энергетического проекта "CASA-1000", а также перспективы сотрудничества в других сферах.

Кроме того, строительством только железнодорожных магистралей проект Нового Шелкового пути не исчерпывается. Он включает в себя множество автомобильных дорог и прокладку трубопроводов.

Для Центральной Азии большое значение будут иметь автомобильные трассы "Китай – Таджикистан – Узбекистан" и "Китай – Таджикистан – Афганистан". Они тоже будут встроены в систему трансазиатского коридора.

Китай, Россия и другие участники проекта показывают всему миру, что можно создавать новое, а не ждать, когда что-то изменится само, и это ключевой момент встречи в Пекине и дальнейшей реализации замысла единой Евразии.