10:19 19 Января 2021
Прямой эфир
  • USD11.30
  • EUR13.63
  • RUB0.15
Колумнисты
Получить короткую ссылку
732562

На протяжении 26 лет переговоров по Карабаху четко отделялись две проблемы, но война полностью поменяла их логику

Старый статус-кво радикально сломан, но новый еще не устоялся, его формирование происходит, что называется, "по ходу пьесы". Именно такой предварительный вывод напрашивается при рассмотрении ситуации в Нагорном Карабахе и вокруг него в конце 2020 года, пишет Sputnik Армения.

Здесь снова неспокойно. После того как 9 ноября лидеры России, Азербайджана и Армении подписали совместное заявление о прекращении огня, оно было впервые нарушено. В окрестностях населенных пунктов Хин Тахер и Хцаберд, что расположены в Гадрутском районе (на юге Нагорного Карабаха) произошли столкновения. И хотя вскоре после этого командующий российскими миротворцами генерал-лейтенант Рустам Мурадов заявил о пресечении инцидента и нормализации ситуации, положение дел там по-прежнему вызывает беспокойство.

Насколько серьезным было это декабрьское обострение? Можем ли мы говорить о том, что хрупкое перемирие оказалось под угрозой и возобновление новых военных действий более реально, чем продвижение к урегулированию многолетнего конфликта?

Старый конфликт и новая политико-географическая конфигурация

Ответы на эти вопросы лучше всего начинать с обращения к тому документу, что был подписан Владимиром Путиным, Ильхамом Алиевым и Николом Пашиняном. В журналистских публикациях и даже экспертных выступлениях его стали называть соглашением о прекращении огня. И даже рассматривать, как некий документ, нацеленный на всеобъемлющее разрешение нагорнокарабахского противостояния.

Между тем, на самом деле в тексте совместного заявления (именно так называется первоисточник!) речи об установлении мира не идет. Документ фиксирует остановку военного противоборства, что важно само по себе. Но траектории дальнейшего обустройства Карабаха (а учитывая его значение, и всего Кавказского региона) в тексте заявления только прорисовываются.

В ходе второй карабахской войны Азербайджану удалось значительно изменить ситуацию в свою пользу. Это не могло не найти отражения в трехстороннем документе, который местами заметно отличается от "обновленных Мадридских принципов", много лет служивших своеобразной конституцией переговоров. Например, "Принципы" четко отделяли сам Нагорный Карабах от занятых Арменией районов вокруг него. Фактически речь шла о двух вопросах – возвращении этих районов (а также беженцев) под контроль Баку и определении статуса спорного Карабаха.

В ноябрьском документе о статусе Нагорного Карабаха ничего нет, а некоторые пункты выглядят просто как график возвращения ряда районов под контроль Баку. Но проблема в том, что на протяжении двадцати шести лет переговоров четко отделялись две "корзины": Карабах, понимаемый как территория в границах советской НКАО; и семь районов вокруг него. При этом последняя "корзина" фактически делилась на две неравные секции в соотношении 5 плюс 2. Территории, являющиеся коридором между непризнанной республикой и Арменией, рассматривались, как особый пункт переговоров.

Но в ходе "осенней войны-2020" прежние переговорные схемы были опрокинуты. И новое территориальное размежевание прошло не в соответствии с линиями между НКАО и семью районами вокруг, а в том числе и по территории самой бывшей советской автономии. Шуша, села Гадрутского, Мартунинского и Мардакертского районов перешли под контроль азербайджанских сил. При этом линия нового разграничения не проходит по линейке, ряд населенных пунктов оказались в анклавном положении.

Следует обратить внимание еще на один парадокс карабахского противостояния. С одной стороны, мы говорим о старом конфликте, уходящем корнями в позднесоветский период. Но с другой стороны, миротворческая миссия здесь молодая. Она развернулась всего месяц назад. До того Карабах не знал присутствия миротворцев. Ни российских, ни международных. Таким образом, традиций контроля над прекращением огня просто нет.

Эксперты допустили повторное обострение конфликта в Нагорном Карабахе

Ранее "карабахский маятник" (колебания между переговорами и инцидентами) держался на балансе конфликтующих сторон "на земле". Но баланс изменился, а миротворцы стали новым фактором урегулирования. Та норма, которая фиксировалась в "базовых принципах", выглядела, как "спящая". Теперь она "проснулась".

Но миротворцы не могут находиться у каждого дома и каждого села, многие вещи становятся сферой их ответственности уже на практике. Самым ярким примером является взятая и по факту признанная и Баку, и Ереваном, функция защиты памятников исторического наследия. В тексте совместного заявления такой пункт специально не отмечен. В итоге происходит то, что в военных кругах называют "слаживанием" разных элементов.

В карабахском случае это российские миротворцы, азербайджанские военные и силовики, представители структур непризнанной Нагорно-Карабахской республики. Достижение эффективного коммуникационного взаимодействия, реагирования, превенции инцидентов - сложный процесс. На этом пути неизбежны коллизии. Требуется время для того, чтобы устоялись практики устранения спорных вопросов, купирования угроз возобновления военных действий.

Около сотни военнослужащих Армении пропали без вести в Нагорном Карабахе

В любом случае текст ноябрьского совместного заявления лидеров трех государств - это не "конец истории". Открывается новый набор проблем. Перемирие дает шанс на достижение мира, но стопроцентно не гарантирует его.

Внешние факторы урегулирования

В то же самое время следует иметь в виду, что значение миротворческой операции в Нагорном Карабахе и формирование нового статус-кво не ограничиваются только лишь зоной недавних боевых действий. Эти сюжеты широко обсуждаются и в Ереване, и в Баку, и даже в столицах государств, не примыкающих непосредственно к Кавказскому региону. В этом ряду мы можем вспомнить комментарий премьер-министра Армении Никола Пашиняна об "окружении российских миротворцев", который был вскоре опровергнут в Минобороны РФ. Также имели место спекуляции по поводу якобы их "опоздания".

В Баку на официальном уровне поддерживают российскую миротворческую операцию. Однако среди экспертов и оппозиционно настроенных деятелей содержатся и критические оценки по поводу "незавершенной победы" и присутствия иностранных военных на своей территории. Эти настроения сегодня выглядят маргинальными. Но они есть. И принимать во внимание их следует.

В течение 26 лет Баку и Ереван пытались конкурировать за внимание Москвы за переговорным столом. Аналогичный алгоритм, думается, будет реализован и вокруг миротворческой миссии. В особенности, если инциденты, подобные декабрьскому, будут повторяться.

К российской операции позитивно относятся в Тегеране. Долгие годы Исламская республика последовательно продвигала линию, что любое внешнее присутствие в Карабахе (таковым не считалось вовлечение России, собственно Ирана и Турции) не приветствуется. В этой связи реакция Тегерана на размещение российских миротворцев в Карабахе была предсказуема. Но появись там рядом с россиянами американцы или европейцы, ситуация была бы иной.

Особая статья – позиция Турции. Анкара пытается символически закрепить свою новую роль в Кавказском регионе. Здесь, что называется, огромная дистанция от публичных заявлений до юридической фиксации военного присутствия в Азербайджане. Но ввод российских миротворцев в Карабахе не является тем пунктом, с которым Анкара готова спорить сейчас. Впрочем, наличие мониторингового центра за соблюдением условий перемирия с турецким участием потенциально создает определенные коллизии.

Страны Запада (США и Франция, прежде всего, как сопредседатели Минской группы ОБСЕ) выглядят сегодня явными аутсайдерами. Но это их положение не должно вести к самоуспокоению. В Штатах прошли президентские выборы, а противоречия Вашингтона и Анкары никуда не делись. Как не исчезла и неудовлетворенность Джо Байдена по поводу лидерства России в деле урегулирования армяно-азербайджанского конфликта, продемонстрированная им во время электоральных дебатов.

"Смерч" и "Осы": чем воевал Азербайджан в Нагорном Карабахе

Во Франции же выборы, напротив, впереди. В следующем году как раз основные претенденты на кресло главы государства начнут "разведку боем" перед главным событием пятилетия. И турецко-исламской теме в предстоящих дискуссиях будет уделено достаточно много внимания. Не Карабах сам по себе, а взаимоотношения с Москвой и Анкарой будут подталкивать нынешних аутсайдеров к пересмотру своего сегодняшнего положения.

И здесь, думается, любой промах и любой инцидент "на земле" в Карабахе будет "лыком в строку". Пока же мы являемся свидетелями выстраивания новой конфигурации в конфликтном регионе. И что-то подсказывает, этот процесс не будет легким.




Главные темы

Орбита Sputnik