14:05 26 Мая 2020
Прямой эфир
  • USD10.27
  • EUR11.19
  • RUB0.14
Колумнисты
Получить короткую ссылку
190 0 0

Судя по тону мейнстримной и финансовой прессы наших западных партнеров, им страшен не столько сам коронавирус, сколько меры по купированию эпидемии.

Последние, боятся на Западе, просто обвалят кредитный карточный домик, в который превратилась его экономика за последние годы, пишет РИА Новости.

Именно поэтому на страницах газет мелькает не только и не столько сравнение с 1918 годом, когда начала бушевать масштабная и смертоносная эпидемия "испанки", а сравнение с 2008 годом — моментом мирового экономического кризиса, от которого, как выясняется, глобальная экономика по большому счету до сих пор не оправилась.

"Рынки падают. Экономика останавливается. Паника распространяется. Все это создает сильное ощущение 2008 года" — таков заголовок главного американского печатного СМИ — газеты The New York Times.

Если свести в одну фразу суть проблемы, то формулировка от экономического обозревателя нью-йоркского издания Питера Гудмана вполне подходит: "неэффективная денежно-кредитная политика, скудные действия со стороны правительств и страх перед вакуумом лидерства вызывают тревогу по поводу экономического шока от пандемии". Не стоит считать, что проблема является сугубо американской.

Британская The Independent описывает тот же самый феномен, только не на макроуровне, а на уровне британского обывателя: "Коронавирус обанкротит больше людей, чем убьет, — и это настоящая глобальная чрезвычайная ситуация. Может быть, мы будем потом оглядываться на коронавирус как на тот момент, когда нити, скрепляющие мировую экономику, были разорваны".

В теории крупная и диверсифицированная экономика — а под это описание подпадают и США, и Евросоюз, и Великобритания — должна легко выдерживать проблемы, связанные с временным (продолжительностью один-два месяца) спадом экономической активности. Однако практика показывает, что эта аксиома сравнительно хорошо функционировала в прошлом, но не сейчас.

В России оценили влияние коронавируса на экономику

В условиях рекордной закредитованности бизнеса, населения и государственных бюджетов даже не очень длительная приостановка экономической активности может привести к панике и цепной реакции дефолтов с непредсказуемыми (но вряд ли позитивными) экономическими последствиями.

Стоит напомнить, что еще несколько недель назад в западных СМИ с неприкрытым удовольствием смаковался китайский опрос малого и среднего бизнеса, который не предвещал экономике КНР ничего хорошего.

Агентство Nikkei сообщало, что "согласно исследованию Университета Цинхуа и Пекинского университета, 85 процентов из 1506 малых и средних предприятий, опрошенных в начале февраля, ожидают исчерпания денежных средств в течение трех месяцев" — и, соответственно, многие комментаторы предвкушали массовые китайские дефолты с потенциальным экономическим коллапсом и кризисом в банковской системе.

Китай вышел из ситуации с помощью крайне жестких мер воздействия на эпидемию и вписался в лимит времени — понятно, что экономический ущерб будет, но никакого коллапса не наблюдается.

При этом Китай (и попутно Россию, которая занялась превентивным закрытием некоторых границ, массовым тестированием, заблаговременным применением определенных карантинных мер) в западных СМИ принято обвинять в использовании "авторитарных" методов борьбы с эпидемиологической угрозой, намекая на то, что эти методы не будут применяться в странах "развитой демократии".

Экономист рассказал, что будет с курсом рубля через два года

Это по-своему понятная позиция, но у нее есть серьезный минус — уязвимости у экономики США или Евросоюза острее, чем у Китая или России, а государственные финансы в худшем состоянии.

Пренебрежительное отношение к эпидемиологическим рискам очень дорого обойдется экономике в целом, и обвал на финансовых рынках США и Евросоюза может быть всего лишь прелюдией к тому, что на них произойдет, если Вашингтон и Брюссель не начнут демонстрировать, что они воспринимают ситуацию максимально серьезно.

Именно в этом контексте стоит понимать реакцию американских фондовых рынков, которые в пятницу вечером росли на фоне объявления президентом Трампом чрезвычайного положения: вопрос — насколько хватит этого оптимизма. Проблема еще и в том, что даже в США мало кто понимает, что конкретно сломалось в "финансовом карточном домике", и от этого им становится еще страшнее.

Типичная оценка от The New York Times: "За фасадом цифр (котировок), которые публикуются в заголовках газет, была серия рыночных движений, которые не имеют смысла, если их сопоставить. Эти движения являются не окончательными, но тревожными признаками: что-то ломается в работе финансовой системы, даже если еще не совсем ясно, что это такое. <...> Поступали сообщения от трейдеров банков и финансовых структур о том, что многие активы, которые обычно являются ликвидными — их легко покупать и продавать, — замораживаются, а ценные бумаги не торгуются активно. Это было верно в отношении облигаций, выпущенных муниципалитетами и крупными корпорациями, но, что более любопытно, также в отношении казначейских облигаций (Министерства финансов США), обычно являющихся основой мировой финансовой системы".

Когда The New York Times описывает облигации США как базу мировой финансовой системы, то не преувеличивает ни капли — это действительно так.

Россия перед лицом шантажа: зачем Вашингтон и Эр-Рияд давят на нас

Американские государственные облигации являются для мировой экономики так называемым безрисковым активом — долгом страны, которая эмитирует главную валюту планеты. И, соответственно, в периоды глобальных экономических потрясений покупатели должны выстраиваться в очередь и едва ли не умолять Минфин США или других держателей таких облигаций продать им самую надежную ценную бумагу на планете.

Но на этот раз, судя по заявлениям американских СМИ и действиям Федрезерва, который объявил о вливании в финансовую систему примерно пяти триллионов долларов, все идет не по плану.

Наблюдается попросту дефицит частных и иностранных покупателей главного актива США, спрос на который, собственно, и обеспечивает как покрытие американского бюджетного дефицита, так и стабильность финансовых рынков.

Возможно, у Федрезерва хватит сил залить всю проблему деньгами и (прямо или косвенно) профинансировать купирование всех экономических проблем, связанных с коронавирусом, и сделать это так, чтобы доллар при этом не сорвался в инфляционный штопор.

Однако тот факт, что в условиях финансового стресса инвесторы дезертировали с рынка американских государственных облигаций, указывает на то, что по крайней мере часть участников финансового рынка рассматривает и другие, гораздо более неприятные варианты развития событий.

В силу глобальности современной мировой экономики успешное преодоление рисков финансового коллапса США и Евросоюза на фоне эпидемии принесет экономическую пользу как Китаю, так и России.

Когда страдают экономики импортеров китайского и российского экспорта, это создает негативное воздействие на наши экспортоориентированные страны.

Но независимо от того, как закончится нынешний эпизод финансовой турбулентности, работа над построением международной, но не зависящей от "коллективного Запада" экономики — однозначно должна получить новый импульс. Уж слишком уязвимыми раз за разом оказываются наши западные партнеры.

Теги:
экономика, коронавирус



Главные темы

Орбита Sputnik